Международный день памяти умерших от СПИДа мурманские секс-работницы отметили по-своему – обновлением кадров. На улице Свердлова, южном въезде в город и «рогозерке» появились новенькие. От самой печальной даты это, правда, никак не зависит: о ней на трассе если и знают, то единицы. Однако так совпало – во второй половине мая, перед летними отпусками ряды армии уличных девочек ширятся. А распространение ВИЧ-инфекции, соответственно, возрастает.

В поте лица

Дата 20 мая, о которой так мало знают на мурманской трассе, особо помечена в календаре у чиновников от здравоохранения. Накануне нее, как правило, проводятся пресс-конференции, где озвучивается официальная статистика ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом в регионе. Так, аа четыре месяца этого года в регионе зарегистрировано 154 случая ВИЧ-инфекции, в прошлом году за этот же период таких случаев было 111. Больше половины ВИЧ-инфицированных заразились половым путем. Мурманск по-прежнему числится в лидерах.

Реальные цифры в два, а то и в три раза превышают официальные, ведь обследование на ВИЧ-инфекцию проходит не больше четверти населения. То есть 75–80 процентов жителей Мурманской области вообще ничего не знают о своем ВИЧ-статусе. Вот, собственно, основные тезисы пресс-конференций, которые не меняются уже очень много лет. Меняется только статистика. Пугает ли она кого-нибудь?

Если и да, то только не девочек на трассе, которые, бывает, трудятся в поте лица: в «хлебный» сезон пять клиентов за день – минимум. А по неофициальной статистике, около 80 процентов уличных секс-работниц инфицировано. Как правило, у всех таких девочек сильная зависимость от инъекционных наркотиков, на трассе они зарабатывают на дозу. Неистово хочется верить, что еще и на презервативы остается. И все ими пользуются. И трезвые клиенты благородно достают свои средства защиты, если у барышни таковые вдруг закончились.

Внизу

О неофициальной статистике ВИЧ-инфицированных в Мурманске еще недавно можно было узнать в общественной организации «Вектор». Ее рулевые Валентина Лихошва и Ольга Васильева не один год отдали профилактики ВИЧ. Ольга Сергеевна – бывший сотрудник мурманского Центра СПИД, социальный работник. Именно ее волонтеры помогали организовывать на молодежных праздниках автобусы с экспресс-тестами на ВИЧ-инфекцию, просвещали ровесников, поддерживали тех, кто узнавал о своем положительном ВИЧ-статусе. А Валентина Петровна, психолог одного из мурманских вузов, долгое время руководила волонтерской группой по ВИЧ-профилактике среди студентов.

Мурманчанки, создав три года назад общественную организацию, поняли, что группами риска, так сказать, «внизу», на «земле», сейчас, кроме них, не занимается никто.

Однако в этом году «Вектор» приказал долго жить. «Мы очень надеялись на поддержку минздрава Мурманской области, Центра специализированных видов медицинской помощи, их понимание. Однако ничего этого не произошло, – объясняет ситуацию Валентина Лихошва. – Общаясь с медицинскими чиновниками, мы постоянно ощущали себя людьми второго сорта, какими-то отщепенцами. И в конце концов перестали биться в закрытые двери. Решили делать только то, что нам по силам. Сейчас это совсем немного: изредка мы с волонтерами выезжаем на «точки» работы мурманчанок, оказывающих секс-услуги. Машина, бензин, средства защиты, которые мы раздаем секс-работницам, – все за свой счет».

Горячие пирожки

В зоны риска по ВИЧ-инфекции входит четыре группы: непосредственно секс-работницы (уличные и так называемые индивидуалки), потребители инъекционных наркотиков, мужчины, практикующие секс с мужчинами и нелегальные трудовые мигранты. Четких границ у групп нет: по крайней мере, например, большинство женщин с зависимостью от внутривенных наркотиков зарабатывают на них на панели.

Их основная клиентура – командированные, военные и моряки. Они разбирают девочек как горячие пирожки. Плюс семейные ходоки налево. Узнав о положительном тесте на ВИЧ, семейные мужчины категорически отрицают связи на стороне и клянутся в абсолютной верности второй половине.

«На трассе всегда находится кто-то из клиентов, кто доплачивает хорошую сумму за секс-услуги без средства защиты. И девочки соглашаются! – продолжает Валентина Лихошва. Мы ведем свою статистику, и, по нашим данным, положительный ВИЧ-статус может быть гораздо больше, чем у половины жителей Мурманской области, практикующих, скажем так, «коммерческий секс».
Но захотят ли они когда-нибудь узнать об этом?

ВИЧ-диссиденты

К слову, по статистике, только 40 процентов из узнавших о положительном ВИЧ-статусе обращаются в лечебные учреждения за положенной терапией. Или вот еще – мода завелась на так называемых ВИЧ-диссидентов, которые, имея в крови ВИЧ, отрицают существование этого заболевания, считают его придуманным медиками, отказываются от лечения и, что называется, не парятся. Ведут себя абсолютно безответственно, вступают в сексуальные связи без средств защиты, ведь они абсолютно здоровы, чего бояться? И вирус распространяется дальше.

Большинство ВИЧ-диссидентов в Мурманской области – это вышедшие из мест лишения свободы люди с наркотической зависимостью. Общественники рассказывают, что там заключенных зачастую пугают побочными эффектами терапии, и те сами отказываются от нее. А после пополняют «диссидентский отряд». Вроде и без терапии живется неплохо, тогда зачем она нужна и существует ли сама болезнь?

Тревога

Впервые о том, что Мурманская область вошла в зону эпидемии ВИЧ, было заявлено в июле 2016 года. То есть ситуация достигла высшей стадии: ВИЧ-инфекция прочно укоренилась среди населения, болезнь можно встретить во всех социальных слоях. Тогда это официально признали сотрудники Мурманского областного Центра специализированных видов медицинской помощи и представители регионального минздрава. Также было отмечено, что заметно выросло количество молодых женщин, заражающихся ВИЧ-инфекцией от сексуальных партнеров.

Первыми тревогу забили общественники и бывшие сотрудники мурманского Центра СПИД, который в целях оптимизации был слит с кожно-венерологическим диспансером и получил название «Центр специализированных видов медицинской помощи». Нина Федоренко и Ольга Васильева, бывшие сотрудники Центра СПИД, были убеждены, что произошедшее и стало отсчетной точкой начала роста эпидемии. Они заявили, что при оптимизации были разрушены все наработки Центра СПИД за почти четверть века: «У нас была сеть доверенных врачей по Мурманской области, у нас было много норвежских проектов, работал автобус доверия. Мы практически всех пациентов знали в лицо, знали их проблемы, сейчас это никому не нужно».

По официальной статистике, за весь период с начала наблюдений, а это больше 25 лет, в Мурманской области выявлено 6420 ВИЧ-инфицированных. 1139 из них уже умерли. Судьбы у всех разные. А переживания очень похожи.


СПРАВКА «ВМ»
ПУТЬ ОТ «ОКНА» ДО СПИДА

Каждый час в России, уверяет статистика, появляется 10 новых ВИЧ-инфицированных. Не все из них даже догадываются об этом. Как же узнать свой ВИЧ-статус в Мурманске? Это можно сделать абсолютно бесплатно и анонимно в областном Центре специализированных видов медицинской помощи на улице Лобова, 10.
Также необходимо знать, как развивается ВИЧ-инфекция.

Первая стадия длится с момента инфицирования до появления антител в крови. Это «период окна», когда определить ВИЧ при помощи обычного теста невозможно. Длится от месяца до трех, иногда до полугода, редко – до года.

Вторая стадия: острая ВИЧ-инфекция, длится от полугода до года. Вирус активно размножается. Затем в организме вырабатывается ВИЧ-специфический иммунитет, и нагрузка уменьшается, останавливаясь на точке баланса. Симптомы – сыпь, увеличенные лимфоузлы, температура выше 38°С, которая не снимается стандартными препаратами, иногда тонзиллит (клинически выглядит как острая ангина) – могут держаться от нескольких дней до месяца, но у многих не появляются вовсе.

Третья стадия: латентная, длится 5–10 лет. Иммунитет частично контролирует размножение вируса, но количество клеток иммунитета постепенно уменьшается; симптомов чаще всего нет. Иногда слегка увеличиваются лимфоузлы.

Четвертая стадия: стадия вторичных заболеваний. Из-за нарастания иммунодефицита начинают присоединяться инфекционные и/или онкологические заболевания. В зависимости от их тяжести выделяют стадии А, Б и В. Стадия 4В – это СПИД. В понятие «СПИД» входит 28 заболеваний, которые не свойственны человеку с сохраненным иммунитетом, но характерны при выраженном иммунодефиците: пневмоцистная пневмония, туберкулез, саркома Капоши и другие.

Шансы выжить значительно возрастают, если выявить болезнь на ранней стадии. Для этого всего лишь следует проходить тест на ВИЧ регулярно. Альтернативы нет.


ИСТОРИЯ ОЛЬГИ

«Я была видной девушкой, мне едва исполнилось 25, а ему 28 лет. Олег был коммерсантом, красивым, мужественным. Устоять было невозможно. И мы оба с головой окунулись в наш роман. Мы были счастливы. Спустя год после нашей встречи, проходя профилактический осмотр у гинеколога, я сдала несколько анализов, в том числе и на ВИЧ. Спустя несколько дней позвонила врач: «К сожалению, анализ на ВИЧ у вас положительный».

Я сразу же с ужасом подумала о любимом: ведь я могла его заразить! А потом оказалось, что это не я, а он заразил меня. Олег признался, что у него ВИЧ уже несколько лет. Объяснил, что хотел мне все рассказать с самого начала, но не решился, а с каждым днем признаться было все сложнее. Надеялся, что наша любовь окажется сильнее вируса. Я была потрясена, оглушена. Просто убита. Оказалось, что вся его семья, которая так тепло приняла меня, все были в курсе. И никто из этих людей не счел нужным предупредить меня об опасности. И все же я продолжала его любить, уговаривая себя, что эта кровная связь соединила нас не на жизнь, а на смерть. Я не только не ушла от него, я стала его утешать. Он не мог себе представить: скажи он мне все это и раньше, я все равно осталась бы с ним. Я уверена, что поступила бы именно так.

Свои страхи я скрывала от друзей и близких, чтобы не тревожить их... О ВИЧ и СПИДе мы с Олегом больше никогда не говорили. Как, впрочем, и ни с кем другим: я очень быстро поняла, что это запретная тема. Рак, диабет, другие болезни – пожалуйста. Но ВИЧ-инфекция – нет. Даже упоминание о ней пугает людей. Как рассказать о таком? Я оказалась в абсолютном одиночестве. Звонила по разным телефонам доверия. Везде мне говорили одно и то же: «Радуйтесь, что вы живы, и переверните эту страницу». Никто не хотел говорить о том, как это возможно – любить другого человека, заниматься с ним любовью и осознанно передавать ему смерть. Я цеплялась за жизнь как могла, но чувствовала себя совершенно потерянной.

А однажды я узнала, что Олег мне изменяет, и уже давно. Наша история ничему его не научила. Он катился в бездну в каком-то безумном вихре, отрицая все и вся. И я внезапно как будто очнулась. Меня захлестнуло негодование, и я наконец бросила Олега. Моя ненависть словно возвращала меня к жизни.

Кстати, большинство моих знакомых девушек с ВИЧ также узнали о своем диагнозе, сдавая анализы в женской консультации, или перед операцией, или во время беременности, а заразились они в большинстве случаев от своих мужчин, которые и не догадывались, что больны. Вообще вирус может находиться в организме, но никак не проявлять себя очень долго, можно 10 лет жить с ВИЧ и ни о чем не догадываться.

Сейчас физически я чувствую себя более или менее нормально – насколько это возможно, когда внутри уже около 10 лет живет вирус. Благодаря терапии мой иммунитет пока держит удар, но у лекарств есть побочные эффекты, в частности, выпадение волос, хроническая усталость. Стараюсь жить в мире с собой и с теми, кого я люблю. Самое главное, что я все еще здесь. С ними».

Анжелика КОВАЛЕВА. 
kovaleva@vmnews.ru 
Фото из открытых Интернет-источников.