Эта лавочка в сквере на Ленинградской – секрет ее молодости. Если сесть на нее, вспомнить ту ночь, когда ждала электричку, чтобы ехать в рабочий поселок Ильма, любимчика Сашку Барышкина, своих первоклашек, столпившихся 1 сентября 1957-го у подъезда поселковой школы, то хоть сейчас снова на их выпускной бал! Она тогда станцевала прощальный школьный вальс с каждым из своих повзрослевших мальчишек. В Мурманск возвращалась, увозя в учительском портфельчике свой первый раритет – фотокарточку таких родных десятиклассников. А надпись на карточке зачитала до дыр: «Самой первой любимой учительнице – Таисии Митрофановне Татариновой».

Красавчик Сашка Барышкин, передовой токарь на Ковдорском ГОКе, потом много лет приезжал к ней в Мурманск в канун Дня учителя с неизменным букетом. Первый раз разыскал ее в Мурманске в педучилище. Заглянул в класс. Девчонки, постигавшие у Таисии Митрофановны азы педагогики, тут же бросились прихорашиваться. «Отставить прихорашиваться. Женат. Двое детей» – не оставила никаких надежд студенткам своим шутливым комментарием педагог.

 

Зачарованная

Та лавочка в сквере на Ленинградской все помнит, да. В летнюю ночь 57-го на ней много о чем думалось. Из ресторана гостиницы «Арктика» была слышна музыка, и казалось, что мысли кружились в такт ей. Первая любовь. Такая, что весь рабочий поселок на их пару заглядывался! Единственный на всю Ревду и ее округу телемастер, выпускник Архангельского радиотехникума, встретил Таю на танцах в поселковом клубе. И сразу голову потерял. Ни на шаг не отходил. Про невесту забыл! С танцев нес на руках.

Или вот мурманское педучилище. Мекка педагогики. Преподаватели – небожители. Самый любимый – классный руководитель Федор Иванович Быстров. Все студентки были в него влюблены! Как-то к Дню Победы кумир мурманского педучилища надел парадную форму с медалями и орденами. Девчонки ахнули. Они до тех пор не знали, что их любимый Федор Иванович – чуткий человек и мудрый преподаватель – еще и прославленный танкист, расписавшийся на рейхстаге.

Сокурсницы нет-нет и спрашивали: «Тая, за что тебя Федор Иванович так любит?». А она отшучивалась! И только через много лет поняла, за что. Рассказывает, что своих первоклашек в поселке Ильма всей душой любила. Думала, ни за что не выделит никого, не будет любимчиков. И вдруг заметила, как Сашенька Барышкин зачарованно на нее смотрит. То обнимет, то щечкой прижмется. Она стала ему второй мамой, считай, на всю жизнь. «Как Сашеньку вспомню, так вспоминаю себя, студентку, – говорит Таисия Татаринова. – Видимо, я так же зачарованно на Федора Ивановича смотрела. И он не мог на мое обожание не ответить. Ведь почти все из нас, детей военного поколения, росли без отцов. А он нам стал как отец».

 

Бутылка шампанского

Первое большое потрясение случилось на четвертом курсе. Весной началась практика. На календаре было 8 марта. В комнате деревянного общежития над тетрадями и конспектами уроков корпели будущие коллеги. И вдруг раздался стук в дверь. «Сначала одна наша преподаватель заглянула, затем другая, потом третья... Сказали мимо проходили, зашли проведать. Накрыли на стол. Мы от удивления толком и сказать ничего не сумели. И вовсе оторопели, когда в центре стола появилась бутылка праздничного шампанского!» – с восторгом вспоминает мурманский педагог.

С тех пор прошло 60 с лишним лет. А Таисия Татаринова до сих пор помнит свои фантастические эмоции от того праздника. Помнит, как на глазах у всего общежития провожали своих преподавателей до остановки, прощались почти как друзья. И в это было невозможно поверить… Студентки потом друг у друга спрашивали: «Эти полтора часа действительно были в нашей жизни или нам все приснилось?». Преподаватели были для них кем-то вроде небожителей. Даже в дерзких фантазиях не могло привидеться, что с такими людьми можно сесть за один праздничный стол и пить с ними шампанское. Девчонки учились у них и твердо знали, что станут такими же кумирами, примерами для подражания своим ученикам.

 

Дети

А многого та лавочка на Ленинградской может и не знать. Ведь в чем-то даже себе не сознаешься, не то чтобы лавочке. Ну, про то, как краснодипломница педучилища Тая по распределению отправлялась из Мурманска в Ловозерский район, в поселковую ильминскую школу, допустим, для лавочки факт известный. И то, что, выпустив своих первоклашек в пятый класс средней ревдинской школы, взяла третьеклашек, а затем – четвероклашек тоже не секрет. Но есть и тайна. Ильминские родители не могли нарадоваться на новую «учителку», дети от нее ни на шаг не отходили, обожали! Одна ильминская мама с восторгом сказала: «Таисия Митрофановна, у вас дар. Вас наши дети так любят, боготворят! Зачем вам свои? Своих можете не заводить». И фраза оказалась роковой.

Но вместе с тем детей у нее – десятки и сотни. За 26 лет работы в Мурманском педагогическом училище она – подсчитано! – полторы тысячи дипломированных учителей выпустила. И все они для нее на всю жизнь – девочки и мальчики. «Многие студентки на пенсии уж давно, а я их встречу и все называю: девочки! А они смеются: мы седовласые у вас уже девочки, Таисия Митрофановна!».

Она их всех помнит по именам. Тамарочка Прямикова, Ирочка Столыга, Женька Шовский, Юра Лимонов…

Вспоминает, как Евгений Шовский, известнейший мурманский педагог и школьный директор, пригласил в лихие 90-е в свою 42-ю школу священника. Хотел, чтобы и учителя, и школьники еще раз услышали о настоящих человеческих ценностях. И Таисию Митрофановну позвал – оценить встречу. «Женя, этот священник всю мою педагогику рассказал, – объявила ему после мероприятия Таисия Татаринова. – Я ведь вас этому всегда и учила, вдыхала в вас. Самый главный секрет педагога – это любовь. И это желание делиться знаниями».

 

Подсвечено любовью

О чем там думает сейчас на своей лавочке Таисия Митрофановна? Об учениках? О коллегах? Ее лицо всегда словно бы подсвечено любовью. И не скажешь, что за свой долгий педагогический век она сумела не только вырастить сотни учителей, но и десятки – проводить в последний путь. «А как же не проводить? – удивляется. – Мы же все жили как в одной упряжке». В ее семье педагогической элиты – совете ветеранов образовательных учреждений областного значения «Оптимист», которым она рулила полтора десятка лет, – из 150 педагогов осталось 30… Часть разъехалась по бывшим республикам СССР, но большинство умерло. 20-летие совета 5 марта встречали скромным составом. Вспомнили основательницу совета Нинель Чудинову, возглавлявшую тогда профсоюз педагогов. И как в 1998 году в совет пришла первая гуманитарная помощь с продуктами. Какая-никакая поддержка во время кризиса! Турбазы, на которых встречались, общались, веселились, устраивали шуточные профессиональные состязания. Они и на пенсии играли то в школу, то в пионерский лагерь. Разбивались на классы и отряды, выбирали директора, пионервожатых… Ведь если ты педагог – это навсегда.

Сквер на улице Ленинградской для Таисии Митрофановны теперь как дорога в юность. А та самая лавочка – как виза в первые учительские дни. На нее, к слову, каждый день садится много людей. И каждый думает о чем-то своем.

 

 

Анжелика КОВАЛЕВА. kovaleva@vmnews.ru

Фото Марты ЖЕГАЛИНОЙ

и из архива Таисии ТАТАРИНОВОЙ.