Он видел, как Раиса Горбачева успокаивала возмущенных мурманчан. Из-за цитаты Бориса Ельцина его на полгода лишили премий и надбавок. А один из написанных им материалов едва не привел к международному конфликту. Об этих и многих других случаях «Вечернему Мурманску» рассказал недавно отметивший 80-летний юбилей Василий Белоусов – журналист, благодаря которому более трех десятков лет весь мир узнавал о жизни Мурманской области и северян. Василий Сергеевич был корреспондентом ТАСС, крупнейшего информагентства страны.

 

Член и корреспондент

Курьезов в карьере Василия Белоусова было немало, причем возникали они в самые неожиданные моменты и по самым непредсказуемым поводам. Например – из-за фамилии. Однажды на знаменитую на всю страну Кольскую сверхглубокую скважину приехал крупный ученый, член-корреспондент Академии наук СССР Владимир Белоусов. Естественно, журналист Василий Белоусов освещал этот визит. И в результате в ТАСС была направлена статья, в которой фигурировали два В. Белоусова – автор и ученый.

Тут же Василию Сергеевичу начались звонки от московских редакторов, которые не могли разобраться в обилии Белоусовых. Дело дошло даже до генерального директора информагентства. Тот, наконец разобравшись и посмеявшись, вынес решение: «Корреспондента уберем, члена оставим».

К слову, два Белоусовых впоследствии еще не раз встречались и общались.

А из-за имени да пышных черных усов, которые носил Василий Белоусов, коллеги прозвали его Чапаем. Называли его так и за глаза, и в глаза.

 

Атомная цензура

Бывают в материалах журналиста слова, которые могут довести до международного конфликта. Такое случилось с Белоусовым в 1980-е годы, когда он стажировался в Москве, редактируя новости региональных корреспондентов. Тогда в ТАСС была строгая цензура – этим занимались несколько человек, которые не афишировали свои регалии и ведомственную принадлежность, но, по некоторым данным, имели звание не ниже полковника.

– Зануды были большие, – вспоминает этих цензоров Василий Белоусов.

И вот в его дежурство пришла новость о походе нового научно-исследовательского ледокола «Отто Шмидт». Когда судно только начинали проектировать, была идея сделать его атомным, и об этом Белоусов знал. А вот о том, что эта идея так и не была воплощена в жизнь и ледокол стал дизельным, – нет. Поэтому Василий Сергеевич сказал цензору, читавшему после него все заметки, что, возможно, в описании судна пропущено слово «атомный». Цензор остался проверять информацию, а Белоусов поехал со своим знакомым в Звездный городок, где весь день они общались с космонавтами.

А когда журналист вернулся в Москву, то попал в самый эпицентр скандала. Оказалось, цензор также нашел устаревшую информацию об «атомности» ледокола и выпустил новость с этим дополнением. И в странах, через порты которых шел ледокол, поднялся страшный шум. Судно заявляли как дизельное, а по сообщению ТАСС, которому безоговорочно верили, ледокол оказывался атомным, к которому предъявляются совершенно иные требования при заходе в порты.

Начальник Белоусова только и сказал: «Ну, Чапай, даешь! Шеф тебя наказать требует, но у меня рука не поднимается».

А вот цензора, внесшего роковое слово в текст, с этой работы убрали.

В то время было немало и вовсе запретных тем. Например, нельзя было рассказывать о ядерных испытаниях. И хотя Василий Белоусов был их свидетелем в Хибинах, под Кировском, написать о них он смог только после полугодовой борьбы с разными инстанциями, при этом его материал долго правили и переписывали.

Тот же запрет касался и войны в Афганистане. Даже про погибших писали обиняком – «при исполнении интернационального долга». Поэтому за первый материал о мурманчанах – участниках той войны – Белоусову тоже пришлось повоевать с цензурой.

– Доходило до того, что российских журналистов не пускали в военные городки, даже в то постсоветское время, когда туда уже свободно возили иностранные делегации, – вспоминает журналист.

 

Чемодан фруктов

Некоторое время Василий Белоусов работал в кремлевской группе ТАСС – подразделении, которое освещает крупные политические события и деятельность руководства страны. И это была одна из самых ярких страниц в его жизни.

Мурманскому журналисту довелось освещать один из съездов ЦК КПСС – в те годы важнейшее событие для страны. Там Василий Сергеевич познакомился с таджикской делегацией, общение с которой продолжилось и после рабочего дня. Корреспондента гостеприимные южные люди пригласили в свой номер в гостинице. И там секретарь одного из обкомов достал из шкафа два чемодана: один – полный спиртных напитков, второй – с фруктами.

Разошлись они за полночь хорошими друзьями. И радушные хозяева настояли, чтобы журналист забрал с собой чемодан фруктов.

«Детей угостишь», – напутствовали они.

Фрукты были настолько спелые, что везти их домой, в Мурманск, было невозможно. Поэтому витамины достались коллегам по ТАСС.

 

Непростые главы

Запомнилась Белоусову работа во время визита в Мурманск Михаила Горбачева с супругой, которых он сопровождал значительную часть маршрута.

– Раньше я слышал, что Раиса Максимовна очень любит менторским тоном с людьми разговаривать, и это подтвердилось, – поделился Белоусов. – В Коле в музее поморского быта она стала перебивать экскурсоводов, говоря, что читала про освоение Севера и сама все знает. При этом директор краеведческого музея, как истинный служитель истории, попытался ее несколько раз поправить. На что услышал: «Я лучше знаю».

Но она же смогла разрядить острую ситуацию, в которую попал ее супруг. На выходе из завода «Протеин» генсека встречала толпа людей. Он стал отвечать на вопросы собравшихся, а в это время одна из женщин попыталась передать ему какое-то письмо. Охранники ее не пускали, поднялся шум, люди встали на сторону женщины. Горбачев начал повышать голос: «Что вы кричите?! Я не такое еще слышал!». И тут Раиса Максимовна подошла к женщине, взяла конверт и передала мужу, чем полностью разрядила ситуацию.

А вот статья про Ельцина мурманскому журналисту ТАСС стоила дорого. Белоусов оказался на закрытой встрече на атомоходе, это было еще накануне президентских выборов, после которых Борис Ельцин стал главой государства. Высказывания будущего президента были записаны на диктофон и вышли на ленте ТАСС.

Вечером Белоусову позвонил замгендиректора агентства и сказал, что люди «выше» недовольны материалом и требуют дать опровержение. Просили прислать пленку с записью, но корреспондент ответил, что может прислать только копию, оригинал оставив себе. В конце концов нападки прекратились, но зарплату журналисту-правдолюбцу срезали.

– Я потом полгода вынужден был таксистом подрабатывать, потому что денег не хватало, – признается Василий Сергеевич. – А та пленка у меня до сих пор хранится.

Любопытно, что именно Ельцин позже подписал документы о присвоении Белоусову звания «Почетный работник культуры».

 

Хранить вечно

Материал с Ельциным сейчас уже стал архивной ценностью – вместе со многими другими документами, в первую очередь рукописями тассовских новостей, Василий Сергеевич передал его в областной архив. Когда-нибудь они смогут стать одними из самых точных описаний эпох, которые застал и зафиксировал Белоусов. А Василий Сергеевич очень хочет, чтобы все, связанное с Мурманском, осталось в истории.

– Мурманск – мой город, я здесь 60 лет прожил. Старался сделать для нашего города все, что мог, – сказал Василий Белоусов в завершение нашей беседы. Думается, не последней, потому что ярких событий, о которых стоит рассказать, у мурманского корреспондента главного информагентства страны было очень много.

 

Илья ВИНОГРАДОВ.

Фото Марты ЖЕГАЛИНОЙ.