Наверное, в каждом доме есть цветные жестяные банки, в которых хранится чай, кофе, швейные нитки или саморезы для ремонта. Такие красивые и прочные хозяйственные емкости не теряют популярности уже несколько десятилетий. Более того, многие иногородние представительства различных известных фирм заказывают жестяную упаковку для своей продукции именно в Мурманске, на нашем тарном комбинате. Там и проработал всю жизнь известный в городе человек – Сергей Серафимович Окуловский.

Не коллектив, а «малинник»

– Учился я в средней мореходке, но на третьем курсе понял, что дорога в море закрыта из-за того, что врачи обнаружили у меня проблемы с сердцем, – вспоминает Сергей Серафимович. – К счастью, мне дали возможность доучиться, после чего весной 1968 года направили на Мурманский рыбокомбинат. В то время это было мощное, фактически градообразующее предприятие, где работало более 5 тысяч человек. Вот меня туда и взяли на должность инженера-механика на жестяно-баночную фабрику, которая входила в состав рыбокомбината. Радостно было, очень волнующе, мне ж тогда еще и 20 лет не исполнилось. Но окончательно растерялся я в первый рабочий день. Представляете, подхожу  к  фабрике и в окнах вижу одни косынки. Раньше по технике безопасности женщины должны были обязательно трудиться в головных уборах. Как же, думаю, я в таком коллективе работать буду? За время учебы в мореходке привык к мужскому обществу. В общем, прошел я мимо главного входа, не отважился зайти. Встал за углом здания, перевел дух и вернулся. Так я открыл дверь на фабрику, где потом и трудился сорок лет.

Вливаться в работу Сергею Окуловскому было непросто – приходилось и к сотрудницам подход находить, и с особенностями оборудования и технологией изготовления банок разбираться. Ведь в мореходке он изучал совершенно другие механизмы. А на фабрике нужно было изготавливать жестяную тару для флотов, комплектовать их крышками и отправлять на консервные заводы.

Производственные нюансы

Сергей Серафимович до сих пор помнит все этапы и тонкости производства консервных банок. И наверняка мало кто задумывался, когда открывал жестяную емкость с мойвой или сельдью, сколько труда вложено в ее изготовление.

– Листы белой жести покрывали с обеих сторон оловом, а чтобы частицы этого тяжелого металла не попадали в продукт, его лакировали, также с обеих сторон, – рассказывает мой собеседник. – Делала это специальная машина, после чего листы направляли в сушильную печь, разогретую до 180–185 градусов. Там они находились в течение 20–25 минут. А сами пищевые лакировочные покрытия тщательно тестировали в химической лаборатории фабрики. Ее сотрудницы проводили множество различных испытаний лака для банок, чтобы исключить возможность пищевых расстройств и отравлений.

Но олово – это стратегическое сырье, тратить его на консервную тару было неразумно. Потому в 1970-х годах стали использовать жесть не горячего, а электролитического лужения. Этот способ нанесения защитного слоя позволил в четыре раза сократить расход олова. А вскоре стало развиваться и производство алюминиевой консервной тары.

– В 1970-х на Южных причалах построили второй участок жестяно-баночной фабрики. Он был полностью оснащен импортным, самым современным в то время оборудованием, которое позволяло изготавливать тару из алюминия. Это было новое направление в консервной промышленности, – продолжает Сергей Серафимович. – И я рад, что мне посчастливилось быть у его истоков.

Ответственного и внимательного к мелочам молодого специалиста Окуловского перевели на новый объект вскоре после его открытия, в 1975 году он стал там старшим инженером-механиком. А спустя четыре года Сергей Серафимович уже был начальником второго участка фабрики.

– Помню, был у нас на Южных причалах любимчик, громадная машина для изготовления конической банки фирмы «Крупп». Привезли нам ее из ФРГ, – вспоминает Сергей Окуловский. – Но как же всем пришлось понервничать, когда мы эту махину в ангар завозили. Ее высота была более четырех метров, а ангара – всего 4 метра 25 сантиметров. Крановщик проделал поистине ювелирную работу, транспортируя устройство к месту его установки.

Ажиотажный спрос

Во второй половине 1970-х годов в Мурманске началось массовое производство сувенирных банок из жести. И этим процессом также руководил Сергей Серафимович.

– Вот они, наши первые баночки, до сих пор храним, – показал Сергей Серафимович золотисто-красные банки с изображениями известных мурманских зданий – железнодорожного вокзала, Дворца пионеров (ныне центра детского творчества «Лапландия»), гостиницы «69 параллель». Как же они популярны тогда были, выставлять на прилавки не успевали! Помню, во дворе дома, где магазин «Сувениры», очередь выстраивалась, когда грузовичок с нашими банками подъезжал.

В числе первых сувенирных жестяных контейнеров для хранения, выпускаемых большими партиями, были и те, что с хохломским рисунком. Они очень нравились супруге Сергея Серафимовича. Кстати, со своей второй половиной он также познакомился на фабрике, будучи еще простым инженером-механиком.

– Мы работали вместе на первом участке, но знакомы были лишь условно, – продолжает рассказ Сергей Окуловский. – И вот как-то спускаюсь я по лестнице, а Ларочка поднимается навстречу. В какой-то миг мы встретились глазами. И все. Как в кино. Больше я ни о ком думать уже не мог. Даже несмотря на то, что работал в «малиннике», коллектив же у нас тогда на 90 процентов из женщин состоял.
Лариса Владимировна трудилась тогда на фабрике станочницей, была, так сказать, специалистом широкого профиля, одну неделю могла закатчицей работать, другую – штамповщицей, отбортовщицей или склепщицей. Таких профессий сейчас, наверное, уж и нет. А раньше такие специалисты обязательно были задействованы в производстве жестяной тары.

В 1971 году молодые люди поженились и с тех пор живут в мире и согласии. У четы Окуловских две дочери и пятеро внуков.

История в рукописи

В 2009 году Сергей Серафимович вышел на заслуженный отдых, отработав четверть века в должности директора всей жестяно-баночной фабрики, на которую его назначили в далеком 1983 году. Но до сих пор он не забывает о деле, которому посвятил жизнь. В свободное от домашних забот время пишет  воспоминания  о людях, с которыми работал, о запомнившихся событиях, курьезах.

Ровным, почти каллиграфическим почерком он с обеих сторон  исписал уже более 90 альбомных листов. Пока у рукописи  только  одна  ксерокопия, которую то и дело берут почитать коллеги  Сергея Серафимовича, ветераны производства. Но автор надеется, что когда-нибудь сможет издать свой труд, сохранив в памяти  поколений историю одного из крупнейших предприятий Мурманска.

– Я горжусь своей фабрикой, своими коллегами. Когда хожу по чайным да кондитерским отделам гипермаркетов, не перестаю удивляться, какие же красивые банки они теперь делают! Да-да, вы не думайте, что если чай или кофе по-иностранному называется, то и жестяную упаковку для него за границей делали. Очень может быть, что над ней наши земляки работали. Ведь сейчас изделия Мурманского тарного комбината заказывают и москвичи, и петербуржцы и даже жители  Дальнего  Востока, – с гордостью  подытожил Сергей Серафимович. – Вот  какие у нас специалисты!

Надежда ЛЕБЕДЕВА.
lebedeva@vmnews.ru 
Фото автора.